«Может, лет через 10 меня назовут звездой»: большое интервью Никиты Лямкина

В этот дедлайн по обменам КХЛ «Ак Барс» провернул приличную сделку: клуб подписал новый контракт с одним из старожилов команды Никитой Лямкиным. За девять сезонов в «Ак Барсе» хоккеист прошел приличный путь от игрока ротации к защитнику первой пары.

Аккурат после матча с «Салаватом Юлаевым» (2:3 Б), который стал первым для защитника в 2026 году, мы встретились с Никитой для разговора, в котором нашлось место как новокузнецкому «Металлургу» и «Ак Барсу», так и Кириллу Капризову.

«Не хотел выкручивать никому руки»

— Продлили контракт. Вы уже говорили, что «Ак Барс» - ваш дом. Генеральный менеджер Марат Валиуллин рассказывал, что переговоры были тяжелыми, шли два месяца. В чем была сложность?

— Разговоры были о сумме контракта. Долго обсуждали то, какие деньги я буду зарабатывать. Вопрос был только в этом.

— Не думали о том, что уже летом станете НСА и сможете выбирать любую команду?

— Я понимал это, но не хотел до этого доходить. Не хотел говорить, что я могу куда-то уйти, выкручивать руки. Приоритетом была Казань. Мы обсуждали это с Маратом Фаритовичем. Хорошо, что мы нашли общий язык и договорились.

Фото: ХК «Ак Барс»

— Как считаете, до конца вашего нового соглашения получится ли «Ак Барсу» вернуть Кубок Гагарина в Казань?

— Это нелегкая задача, но мы каждый год стараемся это сделать. Глупо будет загадывать, обещать.

— После победы в Кубке Гагарина вы рассказывали про Андрея Маркова: «Не знаешь, что делать с шайбой, – отдай ему». Есть ли у вас такой партнер сейчас?

— Мой партнер по звену Митч. Парень может разобраться в любой ситуации, с ним приятно играть. Надеюсь, в будущем обо мне кто-то тоже скажет что-то подобное.

— В прошлом сезоне казалось, что вы играли больше в чужой зоне. Сейчас – поменьше. Это так сказывается игра рядом с Митчеллом Миллером, когда приходится себя контролировать и почаще смотреть назад?

— Начало сезона было неудачное. Мы часто проваливались – поэтому нас меняли, переставляли в парах. Чуть ли не каждую игру соперники убегали «один в ноль». Пообщались между собой, плюс тренерский штаб нам объяснил: никто не против атаки, но все должно быть с головой. Сейчас, если Митч видит, что я ковыряюсь в чужой зоне, он ходит по синей. Я тоже его страхую.

Фото: ХК «Ак Барс»

— В прошлом сезоне вы говорили, что называть вас звездой – перебор. Сейчас вы набираете стабильно третий сезон подряд 20 и более очков. Чувствуется, что все-таки выросли?

— В результативном плане действительно стало полегче, но звездой я себя назвать не могу. Не знаю, может, лет через 10, после карьеры, у меня и будет такой статус.

«Я никогда не травмировался серьезно»

— С трибун момент в игре с «Северсталью», когда вы получили повреждение, выглядел очень страшно: вы тут же убежали в раздевалку, прикрывая глаз. Что тогда происходило внутри?

— Мне показалось, что клюшка попала в глаз. До возвращения в раздевалку держался за лицо, потому что было страшно: если все-таки глаз – это, скорее всего, потеря зрения. Когда понял, что обошлось, было плевать на переломы. Глаз целый – это главное.

— С каким ощущением ехали в больницу, учитывая, что это последний матч в году, учитывая то, что точно придется пропустить какое-то время в новом году?

— Я надеялся, что пропущу как можно меньше. Когда сказали о переломе, об операции, я чуть поднапрягся. Думал, что восстановление будет долгим, но врачи сказали, что играть не буду только месяц. Тогда расслабился, воспринял это как небольшой перерыв, который пойдет мне на пользу.

— Эта первая травма, связанная с лицом?

— С лицом – да. Я в целом никогда серьезно не травмировался. Максимум – перелом пальца. Слава богу, везет.

Автор фото: социальные сети Никиты Лямкина

— Под Новый год очень популярной стала ваша фотография, где вы сидите на диване с синяком. Как это восприняли в семье? К вашим детям ведь еще Дед Мороз со Снегурочкой приходили?

— (Смеется.) Они, наверное, думали: «Куда мы попали?» Было заметно - посматривали, что у меня там такое с глазом. Жена переживала сильно, но дети, кажется, даже не заметили. У них все было нормально.

— После восстановления тренировались в маске, вчера были в ней на игре против «Салавата Юлаева». Насколько было комфортно или некомфортно с дополнительным экраном перед глазами?

— Сейчас уже удобно, дискомфорта не чувствую. Первые тренировки было неприятно – что-то все время мешало, с маски капает постоянно, стекло запотевает. Но это дело привычки.

Фото: ХК «Ак Барс»

— С Дмитрием Кателевским по этому поводу общались? Он ведь тоже в этом сезоне успел поиграть в маске.

— Он меня готовил как раз. Говорил: «Это жесть». Поэтому я взял другую маску, не как у него, а получше.

— В матче с «Салаватом» вы еще успели в Рэмпала влететь два раза за десять секунд. После этого началась стычка, в которой вас пришлось держать. Готовы были драться в маске?

— Ее пришлось бы снять, если бы началась заварушка. Если надо будет – то снимем, что делать.

«Мы до сих пор вспоминаем нашу перепалку с Пустозеровым»

— Глядя на вашу карьеру, можно сказать, что вы нечасто деретесь. Больше всего – в прошлом сезоне (две полноценные драки). Вы же в то время еще и постриглись коротко. Это как-то связано?

— У меня часто бывают стычки, но все заканчивается быстро. Если надо подраться – никогда не откажу.

Фото: ХК «Ак Барс»

— Вы ведь в матче с «Авангардом» против Вербы дрались. Какие ощущения, учитывая то, что Марк – один из самых жестких хоккеистов в лиге?

— Да, он боец, специализируется на этом. Но исходя из габаритов, ему, наверное, было тяжело со мной. Мы дрались – он не дотянулся, я подвязал, пару плюх ему кинул. Он сильный, крепкий пацан, но мне тяжелее будет с каким-нибудь Трямкиным драться.

— Отрабатываете как-то бойцовские навыки, может, отдельно с тренером в зале?

— Нет-нет. Драться мы не учимся.

— У вас же был легендарный момент с Алексеем Пустозеровым, когда вы ему бросили фразу Майка Тайсона. Получается, за миром единоборств следите?

— Фраза Майка Тайсона жизненная все-таки: «Маленькая белая сучка, ты не проживешь в моем мире ни одной минуты». Мне понравилась она, запомнил, тут вырвалось. У боксеров частенько хорошие цитаты бывают.

Фото: ХК «Ак Барс»

— Мы вспоминали с Алексеем в интервью этот момент. Он рассказывал, что после перехода вы подошли, извинились. Как после такой перепалки приветствовали друг друга? Вспоминали эпизод?

— Я извинялся?! (Смеется.) Конечно, вспоминаем тот момент. Мы и сейчас с ним часто шутим на эту тему. Никаких проблем с того раза у нас нет: познакомились, посмеялись. Леха мне говорит: «Блин, я думал, ты жестче, а ты, оказывается, вообще мягкий» (смеется). Весело это все вспоминать.

«Всегда Подъяпольскому говорю, чтобы играл «на ноль»

— У вас за карьеру было немало ярких высказываний: и о Пакетте, и Серебряков рассказывал, как вы пытались на разминке «залезть ему в голову». В целом, я так понимаю, для вас трэшток – это не плохо?

— Это приемлемо, но всего должно быть в меру. С тем же Серебряковым – никаких оскорблений не было.

— Да, действительно. Я говорю и о ментальном давлении в том числе.

— Я так с Подъяпольским всегда стараюсь. Мы с ним давно знакомы, еще с новокузнецкого «Металлурга». Я знаю, что он не любит, когда ему говорят «играй на ноль». Когда против него выходим, я всегда желаю ему: «Давай на ноль сегодня».

— Какая у него реакция?

— Он делает вид, что не слышит меня. Если мы говорим про моменты, какие были с Лехой, про оскорбления, это – эмоции, все заведённые. И когда я такое говорю, это значит, что я готов драться.

Фото: ХК «Ак Барс»

— Такое поведение, мне кажется, выделяется в нынешнее время. Есть мнение, что спорт становится мягче: что было позволено в нулевые, сейчас – дикость. Вы все же видите в этом силу?

— Да, существует проблема. Взять того же Мишу Фисенко. Какой-то маленький, хиленький игрок может ему нагрубить, обозвать, например, – что делать? Миша ему может настучать. И тогда Фис (Михаил Фисенко) уедет на лавку, а другой останется. Так же тоже нельзя. На нашем «пятаке» чужим игрокам не должно быть всё позволено – я могу применить определенные вещи. Так и противник. Чем ценится нападающий? Тем, что он выживает на «пятаке». Кто туда залезет – тот и герой. А сейчас – «заряжаешь» на «пятаке» кому-нибудь в спину и уезжаешь в штрафной бокс. Кому это надо?

— Мнения касательно драк и прочего делятся: одни – за, другие говорят, что грязь в хоккее не нужна. Вы к первому лагерю себя относите?

— Я думаю, что должна быть золотая середина. Сейчас не время «Витязя» с десятью тафгаями. Они же просто выходили, чтобы лупить пацанов. Но я не говорю, что весь матч надо драться, – мы же в хоккей играем, но бывают моменты, как у того же Дыняка, за что его любят в Казани, который может навалять. Это приемлемо, ничего в этом такого нет.

— Спортсмены не очень любят откровенно говорить со СМИ, но у вас наберется достаточно ярких цитат. В том числе про то, что «Ак Барсу» нужен забивной нападающий, которого необходимо отыскать. Мало кто может позволить говорить так.

— Там так случайно получилось уже в тексте. В разговоре звучало вообще не так грубо в сторону клуба, мы же просто размышляли. Но я некрасиво выглядел в той ситуации, потом пришлось объяснять смысл Марату Фаритовичу.

«Мне звонил скаут из «Чикаго»

— Я смотрел ваши прошлые интервью – вы не раз говорили, что хотели попробовать себя в НХЛ…

— Да не говорил я никогда, что хотел попробовать себя в НХЛ. Если вы про «Торонто» с «Тампой» — это же шутка была. Помню, просыпаюсь, все пишут: «Лямкин хочет играть в «Тампе». А там ведь был вопрос: «Если бы вы поехали в НХЛ, в какой команде вы бы хотели играть?» Чисто теоретический вопрос. «Тампа» и «Торонто» - это же хорошие команды.

— При этом в апреле 2021 года были новости о том, что вами интересовалось «Чикаго». Что тогда происходило?

— Мне один, может, два раза, звонил скаут из «Чикаго». Говорил, что они заинтересованы во мне, что-то в этом роде. Не более того. Плюс любят у нас перед переподписаниями контрактов в прессу что-нибудь закинуть. Не было тогда разговоров ни о контракте, ни о переездах.

Фото: ХК «Ак Барс»

— Приятно такие звонки получать?

— Я уже был взрослый парень.  Понимал, что это все лишь разговоры. Не придавал этому значения.

«Я должен был ехать в «Салават», но оказался в «Ак Барсе» вместо Панина» 

— Сейчас тренд в социальных сетях. Люди активно вспоминают свой 2016 год. У вас есть какая-то ностальгия?

— Это были мои первые шаги во взрослой карьере. Со многими ребятами из Новокузнецка до сих пор поддерживаю общение. Столько молодых в команде – круто было. Коллектив хороший, но играли мы не очень (улыбается).

— Тогда же с вами и Кирилл Капризов играл. Ощущалось, что этот человек станет самым высокооплачиваемым игроком НХЛ?

— Конечно, что он будет самым высокооплачиваемым - я не ожидал. У него всегда был такой вайб: вроде ничего такого не делает, не финтит. Но он, блин, всегда там, где надо, очень сильное голевое чутье. И в передачу сыграет, и игру читает. Летом мы с ним всегда и в футбол, и в баскетбол играли. Человек – игровой абсолютно, во всех видах спорта. Было очевидно, что у него будет большое будущее.

— Сложно было против него на тренировках тогда играть?

— Да. Очень.

— Сейчас контакт держите?

— Раз в месяц можем созвониться, что-то обсудить. Иногда играем в «Доту», когда я после игры ночью не сплю – в час, в два ночи он может зайти поиграть, поболтать. Хоккей мы не трогаем в наших разговорах, только поверхностно.

Фото: ХК «Ак Барс»

— После «Металлурга» у вас был «Ак Барс». Там был достаточно необычный обмен. Можете вспомнить эту историю?

— Я тогда уже собирался ехать в Уфу, вопрос был решен на 90 процентов – агент сказал, что буду играть в «Салавате». Там Леонид Вайсфельд генеральным менеджером был, он знал меня с «Кузни». Они и Каприза (Кирилла Капризова) забирали, и Карея (Андрей Кареев). Я думал, что буду там играть. И тут читаю новости, что в казанский «Ак Барс» переходит ряд игроков.

Я чуть поднапрягся: непонятно, что и как теперь делать. Мы не проговаривали этот момент. Звонит агент, говорит: «Все нормально. Тебя берут вместо Гриши Панина». Я думаю: «Что за херня, какого Гриши Панина? Как? Невозможно!» Гриша был солидным игроком.

Ну и все. Приехал, прошел сборы – и уехал в «вышку» (смеется). Конечно, я хотел играть в КХЛ, пытался решить вопрос с агентом – обмен, может быть, или аренда. Но пацаны из основы травмировались – и я получил шанс, зашел в команду.

— Удивительно слышать про «Салават». Вы же рассказывали про мечту об «Авангарде», где играл Алексей Черепанов.

— Мне в детстве нравился их логотип – ястреб. Если во дворе играли в хоккей, моя команда всегда называлась «Авангард». Любимая команда детства, наверное. Сейчас, конечно, не так.

— Ваш одноклубник и сейчас, и тогда, Кирилл Семенов, вернулся в «Авангард» в тот год. Не было желания поехать с ним?

— Тогда и «Авангард» был среди вариантов. Они были заинтересованы – не срослось, не знаю почему.

«Если будет что исполнить на Матче звезд - обязательно попробую сделать»

— Вас ждет Матч звезд КХЛ, второй в карьере. В недавнем ролике-анонсе вы тоже появились. Как происходили съемки и не было ли желания попросить роль со словами?

— Я его ещё не видел. Матч звезд – это круто, но съемки – не мое. Я не медийный, и камера меня особо не любит. Я бы лучше в стороне остался.

— В этом году есть планы, что исполнить? Все восторгались вашей «вертушкой» перед чужими воротами.

— Тогда особо ничего не придумывал, чистая импровизация с игры. Если будет что исполнить – обязательно попробую сделать.