Овчинников: «Когда у ребят горят глаза – тренер не нужен»

В ноябре 2023-го года казанский «Ирбис» объявил о смене главного тренера. Вместо Вячеслава Касаткина на пост заступил Максим Овчинников. К этому моменту специалист успел поработать в качестве ассистента тренера в клубах МХЛ и ВХЛ.

Спустя три года специалист покидает Казань. За это время «Ирбис» занимал пятое, первое и третье место в регулярном чемпионате, но ни разу не проходил в плей-офф дальше первого раунда.

Максим Овчинников уже стал частью хоккейного клуба «Спартак MAX» из серебряного дивизиона Запада. В интервью «Вечерней Казани» Максим Овчинников подробно рассказал о прошедшем сезоне «Ирбиса», особенностях системы «Ак Барса» и развитии талантов для главной хоккейной команды Казани.

«Мы ждали помощь с Высшей лиги, но ребята получили травмы»

- Как вам сообщили об увольнении?

- Мы пообщались с Маратом Фаритовичем. Он озвучил позицию клуба – это стандартная процедура. Было принято коллегиальное решение на уровне руководства клуба – и Марат Фаритович его озвучил.

- Насколько это решение было для вас неожиданным?

- Мы не первый год работаем, не витали в мечтах, а оценивали реальное положение дел. Клубом были поставлены определенные задачи, которые нужно было выполнять. Мы их не выполнили. Руководство приняло решение – мы догадывались об этом, обговаривали с Маратом Фаритовичем наши проблемы, но не все удалось исправить.

В прошлом году мы именно проиграли — наша команда была нацелена на трофей, подготовлена, но в хоккее бывает всякое. Мы показывали хорошую игру, заняли первое место в регулярном чемпионате. Сейчас же, то, что мы остались в тройке — это неплохо, но, конечно, руководство ожидало нас на первой строчке. В плей-офф мы зашли не то что без состава, но без нужных основных игроков. Мы сделали все, что могли. Результат закономерен — не надо витать в облаках.

- О каких проблемах говорили с Маратом Валиуллиным?

- У нас не хватало народа. Мы полтора месяца играли в три звена. Молодцы наши мальчишки, что выдержали этот удар, удерживали нашу команду наверху турнирной таблицы. В этом сезоне был сложный чемпионат, экспериментальный. Лига сделала классный формат – много игр, переезды, все как на взрослом уровне. Ребята выдержали.

Мне показывали несколько статей, в которых писали, что мы отказались от Лазарева – но он и в Альметьевске не играл. Мы брали всех лучших со «Спутника». Обратились к двум игрокам оттуда – один три месяца не играл, второй – не основной. Мы брали защитников оттуда, чтобы выстроить тренировочный процесс.

- Такое количество травм с чем можно связать?

- Травмы были различными. В чемпионате были переломы, сотрясения. Не сказать, что у нас было что-то глобальное типа связок. У нас Хусаинов в первой смене получил травму крестов без скорости – это стечение обстоятельств. Это говорит и об отсутствии ротации в составе. Мальчишки большую часть чемпионата проходили одним составом – это тоже накапливается. Нам нельзя было сделать перерыв, потому что мы хотели быть наверху. Мы за пять туров до конца лидировали по потерянным очкам – да и ребята сами все понимали. Просто не могли дать кому-то отдыхать – они бы нас не поняли, потому что парни хотели выигрывать. Все эти факторы и сыграли свою роль в контексте травм. Сахапов вообще играл с переломом пальца, с мениском, который у него с предсезонки еще. Наверное, так просто должно было быть. Мы не властны над этим. Так бывает.

Фото: ХК «Ирбис»

- Как выстраивалось взаимодействие с командами системы в этой ситуации?

- Мы ждали помощь с Высшей лиги, но мальчишки и там получили повреждения – Александр Иванов, Игорь Бардин, Ильдан Галеев. Кто в этом виноват? Я, может, кто-то еще. Я отвечаю за то, чтобы они были здоровы. Возьму ответственность на себя. Но это обстоятельства. Я ни перед кем никогда не виляю, но вы уберите у «Ак Барса» семь человек ведущих – был бы финал? Сомневаюсь.

- Но при этом какая-то подпитка была?

- Мы не ныли весь сезон – просили игроков, где-то помогли нам игроками из «Барса», но у них есть и свои задачи – мы не можем брать их игроков вечно. Как сказал один тренер: «Каждый думает о своем месте». Как жестоко это не звучит – все об этом думают. Как бы то ни было, мы старались помогать нашей школе, команде ЮХЛ – даже когда у нас где-то людей не хватало, мы делали пытались делать все, о чем нас просят, потому что у них получалось выходить в какие-то стадии. У нас было хорошее взаимодействие, но, на будущее, надо было, видимо, думать о себе. Потому что потом, когда с тебя спрашивают, никто за тебя не скажет. С другой стороны, мы делали все от сердца, никто нас не заставлял. Дай Бог, что ЮХЛ смогли решить задачи – молодцы. В конечном итоге, все вылилось в тот результат, который не совпал с требованиями руководства, а это – попадание в ТОП-4.

- Насколько это амбициозная задача, учитывая проблемы, о которых вы упомянули?

- Если мы говорим, что хотим в ТОП-4, мы должны понимать кое-что. Мы приезжаем играть с «Чайкой» - они ставят человека из КХЛ, а мы берем Иванова из ЮХЛ, мы же не в сказке живем. Если бы Иванов был игроком КХЛ – он бы играл там, а не в ЮХЛ. И то ребята дали бой Нижнему Новгороду. У этой системы много покупных игроков за последние пять лет. Купили не просто так, брали топовых игроков, которые уже стоят на Драфте или играют в КХЛ. Но наши ребята молодцы, выдержали удар. Задачи разные можно ставить, но нужны соответствующего уровня хоккеисты.

- В системе таких находить сложно?

- МХЛ такая вещь, что мы не можем держать одних ребят в команде – они растут, подключаются в ВХЛ, КХЛ. Мы не можем их растить – они спрогрессировали, их отдали выше, у нас они закончили. Нужна постоянная селекция, нужны игроки. Можно сказать: «Нужен другой тренер», но, в свое время, «Ак Барс» проваливался, позвали иностранного тренера. До него заняли 24-е место, с ним – 23-е. Тренер обязан, конечно, показывать результат - мы выкладывались, работали, но нужны игроки. Лучших игроков «Ак Барс» покупает? Конечно, это же флагман Республики. Вот и в молодежке такие хоккеисты должны быть.

Фото: ХК «Ак Барс»

- Убирая фактор травм, можно ли сказать, что решение проблемы заключается, в том числе, и в другом подборе хоккеистов в команду?

- Если бы не было травм – у нас были бы Игорь Бардин, Саня Иванов, Ильдан Галеев, мы бы прошли Нижний Новгород. Даже с теми потерями, которые у нас были. Это лидеры, в том числе, и в ВХЛ. Ну и селекция решает. «Локомотив» играет в финале, они купили Пустового, который забил 30 с лишним голов. Наш лучший игрок забил 19-20 шайб. Достижение результатов – это, в том числе, и селекция. «Ак Барс» создает хорошие условия для молодых ребят. Если Марата Фаритовича когда-то уберут, я не знаю, что будет в «Ак Барсе». Он делает огромную работу по всей системе. Не знаю, спит ли он вообще. Не нужно мешать ему работать. Основной выбор наших хоккеистов – из Альметьевска. Они закончили прошлый сезон на предпоследнем месте, а мы берем игроков оттуда. За три месяца игрок добавит до топовых команд на уровне Востока? А задача стоит такая. Два года мы крутились, зарекомендовали себя, что на уровне МХЛ мы – сила. Понятно, что плей-офф – это другое. К этому нужно готовиться и по составу, и функционально. Но что делать, если людей нет? Однако политика клуба, что должны играть местные ребята, правильная. Это хорошая цель. У нас достаточно много ребят выросло за эти годы — не зря же «Барс» попал в плей-офф впервые за пять лет, мы дали им много игроков.

- Правильно понимаю, что главные задачи перед вами две: результат и воспитание местных ребят – и вопросы у руководства возникли только по первому пункту?

- Абсолютно верно. Фактор один – достижение результата. Не знаю, на сколько оценивают прогресс игроков. Нам никто этого не озвучивал. Сказали: «Результата нет – все». Марат Фаритович – большой профессионал, он полностью понимает, но он один решений не принимает.

«Марат Фаритович в курсе всех дел каждого хоккеиста»

- Серия с «Чайкой»: победы в овертайме, четыре из пяти встреч – с минимальной разницей. Добавляет это какой-то гордости за результат?

- Мы весь сезон преодолевали что-то. На протяжении всего сезона ребята были дисциплинированы. Мы приучились к долгим марафонам, умели терпеть, играть на результат. Прививали эту культуру, делали из этих ребят профессионалов – был виден их дух. Когда у ребят горят глаза – тренер не нужен. Это останется со мной на всю жизнь – эталон мальчишек, которые еще не находятся в команде мастеров, но вели себя так. Это хорошая школа и для нас, и для них. После пятой игры с «Чайкой» я сказал, что у меня язык не повернется сказать что-то плохое. Они отдали все – просто сумасшествие какое-то. В усеченном составе проявить такую волю – это фантастика. Не зря мы представляли Татарстан два года на Матче Звезд.

- И все же остались без результата.

- Это хоккейная жизнь. Такое бывает. Еще раз скажу слова благодарности Марату Фаритовичу. Говорю это, чтобы Казань держалась за него. Вокруг него есть посторонние люди, которые мешают ему работать.

- Не в первый раз обращаетесь к фигуре генерального менеджера. Какой он вклад в работу «Ирбиса» делал?

- Марат Фаритович в курсе всех дел, в курсе дел каждого хоккеиста, каждой проблемы тренерского штаба. Любая наша просьба для улучшения условий воспринималась положительно – у нас не было проблем в быту или в хоккейном плане. Мы были огорожены от всех нападок на нас. Мы должны были показывать результат. Плохо, по моему мнению, что мы не достигли медальных высот. Этим хотелось его отблагодарить. Но Марат Фаритович тоже понимает, что это спорт. Без него не было бы того, что мы достигли за два года. Именно его взгляд, совет, а где-то и отсутствие совета – все помогало. Не знаю, может, у него три сердца – но я не могу понять, как он все успевает.

Фото: ХК «Ак Барс»

- Расстались в хороших отношениях?

- Мы профессионалы, нам нечего делить. Есть легкая недосказанность, конечно, и у нас, и у него. Мы расстроились, но расстались на товарищеской ноте. Я бы хотел еще раз поработать с ним как с руководителем.

- Вы сказали о том, что он оберегал вас. От чего?

- Всегда есть давление. Клуб большой. Постоянно идут какие-то вбросы – и все это читают. Пытаешься абстрагироваться, но от этого не уйдешь. Мы все понимаем, что не все в клубе доброжелатели. Когда начинались какие-то волнения, он мог вызвать, поговорить. Но этого было не так много – не давали повода. Играли два года на высоком уровне. Но даже так находились негодяи, которые могли чирикать. До Марата Фаритовича тоже это все доносится. Он работал на опережение – звонил и после побед, и после поражений, спрашивал об игре, сглаживал какие-то вопросы. Весь негатив быстро забывался. Иногда приходил в раздевалку - это нам очень сильно помогало.

- Вспоминаете какой-то особенный момент, когда генеральный менеджер «уберег»?

- Они были каждую неделю. Особенно, когда шли неудачи, но никогда не было такого разговора, что «завтра вас увольняют». Он придет в тренерскую, сядет на диван, выпьет чай – поговорим не о хоккейный темах. Ты понимаешь, что все нормально – он уводил негатив куда-то. Ему не надо было говорить «пацаны, не волнуйтесь», хватало его присутствия.

- Вы еще сказали о «посторонних людях» вокруг него. Это проблема?

- Не то что «посторонние», просто нужны люди, которые могут работать так же, как и он, давать столько же трудолюбия, столько же ответственности. Таких людей не много, но они есть – везде так. Ему нужна помощь трудолюбием, полное вникание в работу системы клуба. Я бы не хотел называть фамилии – кто знает, тот знает. Никто никогда не признает, что он как-то не так работает. Бог им судья.

«Иногда парни начинают прибалдевать»

- Насколько были довольны сформированной системой «Ак Барса»?

- Условия, созданные для мальчишек, одни из самых лучших. Есть классная база, «Татнефть Арена», классно, что много команд в одной системе и у всех получается хорошая коммуникация. У нас, например, было много разговоров с Анваром Рафаиловичем, очень много общались – он спрашивал по игрокам. С Сан Санычем Степановым чуть поменьше общались – у него график плотный, да и играют они на другой арене. Со «Спутником» общались, но, еще раз, мы не хотели брать мальчишек оттуда «просто так» потому, что они не готовы к медальной гонке. То, что мы одна система и нужно просто «взять» кого-то - это неправильно. Вот мы взяли Семена Буркова. Жалко пацана – честный парень, играл в Альметьевске, но нам он не подходил, просто не тянул на этом этапе. Действительно хороший парень. По Зарипову – то же самое. Он не играл три месяца. Пришел – ногу подвихнул, не играл, отправить его назад тоже не можем, не кем тренироваться. Тут еще важный момент «перехода» игроков из «Ирбиса» в «Спутник» и наоборот.

- Какой?

- Если в Ярославле существует две команды, и игроки ходят туда-сюда без бумажной волокиты, у нас немного сложновато эта система выстроена. Мы должны были мальчишку «рассчитать», «уволить» здесь, туда устроить. А если мы через 10 дней захотели его взять обратно – снова «уволить», снова «принять». Это создает сложности. Если бы это было попроще – мы бы могли больше людей прокрутить в течение сезона. Это и для ребят, которые в клубе занимаются переходами всегда непростая работа. Возможно, если бы мальчишки так позаходили - им было бы легче закрепиться в «Ирбисе» полноценно. Ну тяжело так сразу зайти в команду одного из лидеров чемпионата – кто-то волнуется, кто-то адаптируется. А так – здорово все сделано, мне очень понравилось работать в Казани. Здесь созданы все условия.

Фото: ХК «Ирбис»

- Вы как-то говорили о минусах классных условий.

- Конечно, парни иногда начинают прибалдевать. Они теряют голод, который у них должен быть. Это для роста просто необходимо. Им клуб делает все – а они этим пользуются. Мы играем с «Чайкой» - их привезли на ПАЗике в плей-офф. Я не оцениваю, не говорю плохо это или хорошо, но у спортсмена должен быть голод. Не все это понимают правильно - и пользуются этим временем как приятным моментом. Конечно, есть те, кто трудится, занимается на базе, а бывает и по-другому.

- Как можно вылечить это «отсутствие голода»?

- Есть клубы, так скажем, без премий и с одинаковыми зарплатами. Это – один из факторов. Вообще, мне кажется, это время такое – команды начинают платить молодым игрокам какие-то заоблачные деньги. Парень ничего из себя не представлят, но ему дают одну клюшку, а всем остальным – другие. Это тоже один из элементов. Он чувствует, что он «чуть лучше, чем остальные». Можно начать хотя бы с этого. Я говорю ребятам: «Все деньги – у нас там, там наш флагман, наш «Ак Барс». А здесь, ребята, нужно стараться, чтобы попасть туда».

- Но это же является возможностью выиграть конкуренцию за молодого игрока на рынке среди других клубов.

- Это было и всегда будет так. Но мы же не зря восхищаемся ярославским «Локомотивом». В Ярославле нет таких проблем – посмотрите, сколько ребят местных у них играет. Все потому, что работа подчинена общим правилам. Хочешь уехать – продадут тебя, клуб выручит деньги, купят других мальчишек, что-то сделают из них. Ну не будет Иванова – будет Петров, не будет Петрова – будет Сидоров. А мы из игроков, которые из себя еще ничего не представляют, делаем Радуловых, Яшкиных. Может быть, рынок у нас такой скудный – но он не такой. Страна – огромная. Ищи, привози, воспитывай. А как по-другому? У нас человек появился, мы ходим пляшем вокруг него, а он в Америку уехал. Что теперь делать? Но я не руководитель клуба. Я – тренер, кого дали, того и тренируем. Конечно, хочется работать с талантливыми ребятами, но бывает и по-другому. Приходится жертвовать звездой, чтобы была команда.

«Проблема воспитанников в Казани раздута»

- Вы сказали о системе Ярославля. В «Ак Барсе» существует такая проблема? Много «воспитанников» - привезенные из других систем.

- Давайте разберемся сначала – в Ярославле тоже много таких привезенных хоккеистов. Если мы привозим его в школу – это же уже наш игрок, тренер что-то вложил, клуб вложил деньги. Пускай он родился в другом городе – нельзя же набрать команду, чтобы все родились в Казани, Альметьевске или в других городах Республики. В других видах спорта, в хороших академиях, такие же порядки. Для этого и существует академия – мы берем игрока в 11-12 лет, до выпуска – 4-5 лет. Ну почему он не наш? Неважно, где он родился. Нельзя родить столько людей, чтобы вся команда была из Татарстана.

- Вы работали и в системе «Локомотива», и в системе «Торпедо». Кого, помимо них, можно назвать конкурентами системы «Ак Барса»?

- Если мы говорим о «Чайке» - там очень сильная селекция. Они начали закупать топовых юниоров. Они вкладывают деньги в будущее – не только в первую команду. У «Локомотива» так же хорошая селекция – ищут, привозят. В Челябинске – такая же ситуация. Омск – это вообще флагман! У них тоже отличные юниоры. Надо искать – надо привозить. Не мне решать, но наша организация решила, что из любого хоккеиста можно сделать ТОПа. Я с этим не согласен. Если мы говорим об этом, где у нас еще Овечкины, Кучеровы, если можно сделать? Если бы у нас были такие тренеры, они бы были Нобелевскими лауреатами. Нужен материал, с которыми тренер будет работать. Но не все могут быть хоккеистами. Хватит заниматься ерундой. Есть человек в клубе, он говорит: «Можно сделать-можно сделать». Ну пусть сделает. Так и будете тогда тренеров постоянно менять. Как можно сделать математика? Базу дать – да, но это природные вещи. Из любого врача «гения» не сделаешь. В хоккее так же.

- При этом за последние два-три года не было ярких имен воспитанников в составе «Ак Барса», кому получилось бы закрепиться на ведущих ролях?

- Их время придет. «Ак Барс» - флагман Республики. Нужно признать, что над Анваром Рафаиловичем большая ответственность. Все ждут Кубок. Тренер не может поставить – и пустить это на самотек. Семен Терехов, Артур Бровкин, другие ребята находятся в серьезной конкуренции. Им нужно окрепнуть. Терехов – вообще бомбардир, штучный товар для нашей лиги.

Фото: ХК «Ак Барс»

- Но при этом у них не получается громко заявить о себе.

- Это вопрос конкуренции. «Ак Барс» покупает игроков в первую команду – вот купили Хмелевского. Тяжело с такими игроками соперничать. В Омске молодым тоже тяжело. Но в «Ак Барсе» и Кателевский, и Галимов играет. Эта проблема в Казани, я считаю, раздута. В «Ак Барсе» играют свои, но если есть у клуба возможность купить легионера, ну кто же откажется? Это нормальное явление.

- В «Локомотиве» есть пример Сурина, игрока схожего уровня в «Ак Баре», кажется, нет.

- Егор – это игрок уровня НХЛ. Мы не можем сказать, кто у нас из молодых может играть там. Это совсем другой статус. Может быть, и в Казани такие появятся из 2011-2013 года. Это всегда спорный вопрос — вопрос времени.

«Не каждому дано играть в НХЛ»

- Говоря об НХЛ, для вас выбор вашего игрока на Драфте – это успех?

- Игрока НХЛ можно увидеть в 13-14 лет. Это и физические данные, катание, игровое мышление – по этому сразу можно сказать, что это игрок для больших дел. Задача тренера – не навредить таким игрокам, направить, найти подход. Как говорил тренер Ягра: «Вы думаете я с ним что-то сделал? Моя задача – не мешать ему». То, что тренер работает с ним, вкладывает в него – конечно, тогда выбор на Драфте можно назвать каким-то «мерилом успеха». Главное – чтобы хоккеист ему доверился, что они вместе дошли до этого, а не получилось так, что хоккеист ушел в гулянки или в другие вещи. Самое правильное, самое главное – что вы друг другу доверились и довели работу до такого результата. Хотя я знаю много примеров, когда у тренера нет игроков в НХЛ, но это его статус не умаляет. У каждого есть своя изюминка.

- С 2022-го игроки «Ак Барса» не выбираются на Драфте (разговор состоялся до Драфта НХЛ-2026, на котором был выбран защитник Александр Иванов) – можно ли это назвать показателем чего-то нехорошего?

- Значит недотягиваем. Значит не готовы хоккеисты к этому. То что с игроками работают хорошо в системе – это без вопросов. Наверное, мальчишки еще не готовы к этому или не дано ему играть там. Мы же не можем всех тренеров системы убрать, пригласить того, кто скажет: «Я буду клепать вам игроков НХЛ каждый год!» Это же абсурд. Мы возвращаемся к вопросу о том, что нужно привозить игроков, воспитывать – и тогда что-то получится. Сколько у нас нет игроков на Драфте, говорите?

- С 2022 года.

- Значит, по моему мнению, надо посоперничать с другими системами. Пускай он будет с другого города, но ты же его воспитаешь. Если нет игрока – где нам его взять?

- Одним из таких мог стать Андрей Пустовой. Наверное, часто о нем речь в разговорах у вас заходит?

- Наверное, да. Андрюха - 2008-го года, не знаю чем его кормили, но он не похож на 2008-й год. Очень крепкий физически. Талант. Пустовой может высоко пойти. Дай Бог, чтобы он заиграл. Все у него для этого есть.

«Пустовой помог бы нам в том состоянии, в котором он был в «Локомотиве»

- Не разочаровало то, что его поменяли?

- Он был нужен первой команде, его поменяли на Гришу Денисенко, ну и что? Зато были «Ак Барс» был близок к Кубку, порадовали болельщиков. Ну привезут еще одного такого Андрея Пустового. Опять же – есть он или нет его в команде, есть Овчинников или нет Овчинникова, хоккей от этого не меняется. Мы должны работать на первую команду, чтобы она была у нас. А если Андрей завтра уедет за океан? Так тоже может быть. Это нормально. Вообще, гонка за Драфтами – такое пустое дело. Главное, чтобы первая команда играла.

- Такие игроки могут и первой команде пользу приносить.

- Это естественный круговорот игроков. Из «Д13» много игроков ушли в другие системы. Ничего страшного – найдут других, воспитают. Это и есть селекция. Зачем тогда деньги вкладывать? Много игроков в стране, которые могут сильно вырасти, попав в такие условия, которые создает «Ак Барс».

Фото: ХК «Барс»

- Пустового «Ирбису» не хватило в новом сезоне?

- В Ярославле своя жизнь, здесь – своя. Как бы он повел себя у нас, никто не скажет. Нам не хватило тех ребят, которые травмировались и тех, кто играет в ВХЛ. Нам не хватило Ильдана Галеева – и все.

- То есть с имеющимся составом «Ирбис» мог доходить до серьезных стадий Кубка Харламова?

- Абсолютно. Конечно, Андрей мог бы тоже мог бы нам помочь в том состоянии, в котором он был в «Локомотиве», но это хоккейная жизнь. Мы не можем предугадать наперед.

«Перед подписанием Артемия Гатиятулина мы поговорили с Анваром»

- Была история о Дмитрие Климове в телеграм-каналах. Якобы человек приехал на платный просмотр, а вы были против его кандидатуры, но пришлось уступить?

- Мы взяли его из второй лиги Московской области. Честный парень, тренировался с нами. Без иронии скажу – у него достаточно много полезных качеств. Есть упущение в том, где он воспитывался, да и пришел к нам поздновато. Но он помог нам в этом сезоне – когда нам не хватало народу.

- О нем много писали: «платный просмотр», «спрятанный на базе «Ак Барса», «неуступчивый Овчинников поменял свое мнение». Насколько это соответствует действительности?

- Об этом телеграм-канале перед Новым годом мне сказал Рафаэль Ахметов. Я не любитель заходить на эти форумы. Честно говоря, я даже не знаю, где базируется автор этого телеграм-канала. Платный-не платный, я знаю одно – мы не получили ни одной лишней копейки за три года, даже подарков. Никто никого не проталкивал. Если эти каналы пишут – называйте фамилии не тренера, при котором человек играет, а того, через кого они заходят. Что значит «поменял мнение»? Он нам реально помог, он был нужен – у нас не было игроков. Он был у нас, потом он тренировался на базе с неиграющим составом, а когда он стал нужен команды, мы его подключили.

- От руководства никаких разнарядок не поступало?

- Вообще никто не подходил. Он тренировался полгода на базе.

- Это был просмотр или на каком основании он тренировался?

- Я не знаю. Он провел этап с нами, потом тренировался один и с ребятами, которые не проходят в состав – с группой развития. Там было очень много народу – из ВХЛ в том числе, играл Вениамин Агеев, который занимался там год почти, когда не попадал в состав.

- При Дмитрии Квартальнове заходил в команду его сын. В позапрошлом сезоне к вам присоединился Артемий Гатиятулин, чей приход был встречен неоднозначно. Как вы к этому относитесь?

- Когда появился Артемий, у нас были проблемы с центральными нападающими. Он играл столько, сколько он заслуживал играть – и ровно на столько, на сколько он соответствует уровню. У нас не было подоплек, что это сын главного тренера. Я давно знаю Анвара – у нас никогда было никаких разговоров о том сколько он должен играть, где и как. Давайте честно – у нас у всех есть голова. Он – сын главного тренера, семья живет вместе. Мы не брали его как лидера – это добротный хороший игрок, который нам помог в моменте. Не негативил, не выпячивал, что у него отец – главный тренер. В свете того, что мы не можем в МХЛ брать игроков со стороны – у нас появилась возможность расширить состав, чтобы создать конкуренцию. Мы ей воспользовались. Он помогал, играл дисциплинированно, хорошо тренировался, вел себя профессионально. Никто никого не запихивал, искусственно не ставил.

Фото: ХК «Ирбис»

- В связи с этим повышенным вниманием, вы столкнулись с какой-то реакцией?

- Нет. Я толстокожий на эти вещи. Если что-то случается – лучше в глаза сказать. У меня не было никаких переживаний или смятений. Мы поговорили перед этим с Анваром – он все сказал, мы пожали руки, у меня не было никаких недопониманий.

«Наверное, если бы я был идиотом, ребята бы от меня отвернулись»

- Три сезона в «Ирбисе», первый опыт главного тренера в МХЛ – какими они вышли?

- Я получил очень хорошую школу – в быту, в хоккее. Хороший этап во всех смыслах. Мне жаль покидать Казань, здесь остается много друзей, много правильных людей, которых редко встретишь в наше время. Не на это я рассчитывал, но это жизнь, мы профессионалы, которые должны принимать правила игры. Те три года в Казани – это праздник хоккея. Я полностью себя отдавал клубу, хотел продолжить работу, но так бывает. Я не люблю разговоров о том, что при назначении, тренер уже думает о своем увольнении. Главная оценка нашего труда – благодарность ребят, хотя как-то говорили, что Овчинников – тиран, но если бы я был таким, стали бы ребята, которые по возрасту не проходят в МХЛ, получившие травмы, ездить с командой на игры плей-офф за свой счет?

- Ребята были с командой?

- Да, это дорогого стоит. Подходили, рвались в бой, но не могли сыграть по медицинским показателям. Да и старшие ребята, кто закончил уже играть в МХЛ, были постоянно с нами – Даня Шерстнев, Вениамин Агеев. Да и все остальные – жили нашей командой. Наверное, если бы я был идиотом, ребята отвернулись бы от меня.

- Успели с командой попрощаться?

- С кем-то переписываемся, с кем-то созванивались. Все взрослые люди. Конечно, хотелось бы чаще видеться, но мы научили их профессионализму – соплям здесь не место! Всегда будем на связи, всегда поможем, чем можем.

- Сейчас наверняка подбираете некоторые варианты для будущего трудоустройства.

- Было много вариантов, но из-за того, что в клубе долго тянули с решением – посрывалось. Сейчас есть вариант не в качестве главного тренера – больше на перспективу.

Фото: ХК «Ирбис»

- Остаетесь на уровне МХЛ?

- Да, предсезонка начинается через 10 дней. Все будет нормально. Работать мы умеем, люди нас знают. Спасибо нашим болельщикам, именно настоящим, а не диванным критикам, которые пишут всякое. Нашим тренерским штабом пройден огромный путь, ребята в команде проделали большую работу – и настоящие болельщики это чувствуют, особенно, это было заметно по весне, когда фанаты подходили, интересовались командой – это тоже дорогого стоит.

- Есть амбиции идти выше?

- Абсолютно – мы и для этого работаем. В этом году, если бы не затянули с решением, получилось бы зайти в Высшую лигу. Я не мог обещать что-то людям – так тоже не делается. Сейчас интересно работать и в МХЛ – сразу видишь плоды своей работы.