Как гром среди ясного неба вчера прозвучала новость об обмене одного из немногих оставшихся лидеров «Салавата» Александра Хмелевски в «Ак Барс» в обмен на 230 миллионов рублей и защитника Уайатта Калинюка. Казанцы в последний момент смогли перехватить центрального нападающего у «Авангарда» не без помощи руководителей клуба из соседней республики, которые, по словам ряда СМИ, просто позвонили в казанский офис и сказали: «Авангард» дает много. Сможете больше?»
В Казани нашли деньги, расстались с Калинюком и получили в свое распоряжение праворукого центра в хорошем возрасте и с хорошим статусом в лиге. Казалось бы, все должно пройти как по маслу, но и в этот раз все прошло так, как идет у «Ак Барса» по ходу сезона: плохо, непонятно, смешно и чуть-чуть грустно.
Да, Хмелевски не хочет подписывать контракт с «Ак Барсом». Нас ждет вторая серия этого сериала.
Как можно отказаться от контракта?
В футболе трансфер совершается просто и достаточно человеколюбимо: в клуб приходит оффер, который организация либо одобряет, либо отклоняет. В случае одобрения покупатель выходит на сторону игрока, обсуждая условия контракта. Ударили по рукам — подписываем, «дали» по рукам — сделка разрывается. В хоккее же все обстоит немного иначе.
У хоккеистов нет как такового права выбирать кого-то до достижения местного «совершеннолетнего возраста», а именно — 29 лет, когда игрок становится неограниченно свободным агентом. До этого момента у них нет как такового права определять свою судьбу самостоятельно. Это касается и обменов.
В целом обмен — штука неблагодарная. Ты сидишь дома на диване, смотришь сериал, а тут на почту тебе приходит электронное письмо с темой «Спасибо за работу» и билеты в Новый Уренгой, куда тебя обменяли только что. Ты имеешь право только выбрать вещи, которые возьмешь с собой. С Хмелевски — та же история.
Фото: ХК «Салават Юлаев»
Александра обменяли в «Ак Барс». Теперь нападающий связан и обязан работать с этим клубом. И не важно, что американец хотел в «Авангард». По регламенту КХЛ, только игроки, достигшие 29 лет, имеют право на включение соответствующего пункта об ограничении или запрете на обмен в договор. Хмелевски — 26. И не важно, что «Ак Барс» сейчас такое же болото, что и «Салават», где разница только в том, что казанцы все же выйдут в плей-офф, но не больше, чем на один раунд.
Клубы обменялись не правами, а игроками с контрактами. Однако технически контракта у Хмелевски с «Ак Барсом» нет. Его нужно подписать, но на тех же условиях. Те же 80 миллионов рублей в год (по данным «СЭ»), но без учета того, что Хмелевски уже отработал за один-два месяца в «Салавате».
Клуб «обязан» подписать игрока на тех же условиях, что и в прошлом клубе. После этого уже можно будет переподписывать контракты и так далее. А что с игроком? Если тот отказывается заключить договор на тех же условиях (читай — отказывается заключить контракт и признать переход), то КХЛ присуждает такому игроку статус «Конфликт».
В «Ак Барсе» - «Конфликт»
Да, это — не кликбейт. Все так и есть. Если в течение 48 часов не будет предоставлен проект заключенного контракта, на игрока в лиге упадет статус «Конфликт». Что он предполагает? На самом деле ничего «архисерьезного», если не считать потерю игрового времени.
По сути, с обменом, в первую очередь, клуб получил права на игрока, а не контракт. Контракт в данном случае обязательное, но все же дополнение. Таким образом, при «конфликте» у клуба остаются права на игрока, то есть приоритетное право заключения соглашения.
Как если бы Хмелевски было сделано квалификационное предложение от любого клуба КХЛ, а он его отверг. Да, американец — неограниченно свободный агент, который в лиге может играть только за «Ак Барс». Конечно, можно уехать в АХЛ, но ведь Александр нацелен на то, чтобы играть здесь.
Так как действующего контракта у игрока с «Ак Барсом» нет, у казанцев остаются лишь спортивные права, которые можно грамотно обменять.
Валиуллин выкрутит руки «Авангарду»?
В некоторых телеграм-каналах на руководство «Ак Барса» уже посыпались гневные сообщения болельщиков о том, что клубом правят дураки, которые взяли игрока за кучу денег без желания играть за «Ак Барс», а также без свободного места под потолком зарплат. На первый взгляд, все так и выглядит, а что если посмотреть на ситуацию под другим углом?
У «Ак Барса» нет большого обменного фонда. Все, в ком могут быть заинтересованы другие клубы, невероятно сильно важны для Гатиятулина и того, что осталось от игры команды. Без Миллера, Семенова, Лямкина, Барабанова, например, Казань — падет. При этом «Ак Барсу» нужно усиление позиций. Что же делать, чтобы и своих сохранить, и усилиться? На помощь приходит Хмелевски.
Давайте посмотрим, что потерял и приобрел «Ак Барс». Во-первых, 230 миллионов рублей. Серьезная сумма. Кто-то уже называет ее самой большой в истории клуба. А еще безнадежного Уайатта Калинюка, который казанцам просто не пригодился, несмотря на все комплименты в его сторону от генменеджера и тренера. Да, потеряли в деньгах, но и актив ненужный слили.
Фото: ХК «Ак Барс»
Зато клуб получил востребованного праворукого центра в хорошем возрасте, на которого есть спрос не только в стане самого богатого на данный момент клуба КХЛ, но и наверняка во всей лиге. Получив Хмелевски, «Ак Барс» может сам диктовать условия сделки. Это в интересах как самого «Авангарда», который хочет получить Хмелевски (в этом заинтересован лично главный тренер), но и самого Александра, который уже паковал чемоданы в Омск.
Конечно, Казань поступила максимально кровожадно, по сути, поставив на кон своего усиления потенциальную карьеру 26-летнего игрока в КХЛ. Права в случае «конфликта» бессрочно останутся у Казани, а время — идет. Все карты сейчас в руках Валиуллина. Если сыграет правильно — сможет окупить омскими игроками и компенсациями вложенные затраты. Но и для этого все должно быть готово, в том числе по части потолка зарплат. Иначе все планы о быстром усилении «Ак Барса» сильными игроками разрушатся, пока Казань снова будет искать варианты для снижения зарплатной ведомости под потолок зарплат.