Амир Мифтахов: «Не хочу ехать в НХЛ и думать о возвращении. Цель - Кубок Стэнли»

Минувший сезон для вратаря казанского «Ак Барса» Амира Мифтахова сложился неоднозначно. После ударной первой половины регулярного чемпионата, в течение которой голкипер находился в лидерах по вратарским показателям, наступила вторая, менее удачная, за которой последовали лишь два матча в плей-офф из 13 возможных.

Несмотря на это, в будущем сезоне 35-й номер казанского «Ак Барса» получил шанс вновь попробовать себя в НХЛ в составе претендента на Кубок Стэнли — в «Каролине Харрикейнз», в составе которой играет друг детства голкипера нападающий Андрей Свечников.

Этого разговора мы ждали долго: этим летом перед вратарем встал непростой вопрос с получением визы, который затянулся на неопределенный срок, из-за чего даты интервью постоянно сдвигались. Тем не менее, история завершилась хорошо: Амир Мифтахов получил визу и уже полноценно готовится к отъезду в Северную Америку.

А в нашем интервью голкипер подробно рассказал о переговорах с «Каролиной», мечте в НХЛ, сезоне в «Ак Барсе» и дружбе с Дмитрием Яшкиным.

«Еще раз хочется вернуться в Афины. Дух древности захватывает»

— Лето получилось у тебя очень насыщенным. Расскажи, как его провел.

— Какое-то время тренировались после окончания сезона. Затем нас распустили. Слетали с друзьями, с Димой Яшкиным и  Максимом Сидоровым, в Турцию, немножко перезагрузились, так скажем. Потом в Чехию поехали к Диме во Всетин. В целом получилось интересное турне с Афинами и Парижем. Тренировки не заканчивались — все равно ходили в зал, занимались по программе. Как домой вернулись — приступили к программе посложнее.

— Где тебе больше всего понравилось?

— Мне в принципе нравится путешествовать. Нет такого, что чем-то я впечатлился больше. Скажу так: понравились Афины. Еще раз хочется туда вернуться, погулять с экскурсоводом, узнать побольше об этих местах, почитать что-то об истории. Дух древности Греции захватывает.

Автор фото: социальные сети Амира Мифтахова

— Ты везде был впервые? В прошлом году, по-моему, отдыхал в Дубае.

— В Греции я уже был — на Родосе и Крите. В Париже только не был. Не скажу, что я сильно им впечатлился. Очень хотел подойти поближе к Эйфелевой башне только.

— Париж в целом противоречивый город.

— Не знаю даже. Может быть, нам с погодой чуть не повезло — за все наше время там был только один день с солнцем. Хорошо, что успели много погулять. Даже улиток покушали, но дома все равно лучше. Каждый раз в этом убеждаемся.

«Я сначала смеялся над тем, чтобы завести свой телеграм-канал»

— Ты в отпуске завел телеграм-канал. Недавно на одном из подкастов Илья Сафонов сказал, что ты «переобулся», тоже начал вести. Как к этому пришел?

— Я бы не сказал, что был сильно против ведения соцсетей. Лично для меня это было немного лишним, потому что свой фокус я направлял только на хоккей, но это дело лично каждого. Времена меняются, жизнь вперед идет. Когда ты ведешь соцсети — это же здорово. Мы — публичные личности.

Давно знал, что у Димы [Яшкина] есть телеграм-канал, но сам не думал заводить. За время отпуска контент накопился — фото, видео всякие. Как-то во время прогулки сидели, пили кофе. Открыл галерею, посмотреть что наснимал, а Дима спрашивает: «Что ты себе телеграм не заведешь?». Ему еще в комментариях постоянно писали, чтобы я завел телеграм-канал, мне тоже об этом писали. Я сначала смеялся над этой темой, но потом увидел, как много интересующихся мной, подумал, а почему бы и нет.

Сейчас активность, конечно, чуть упала. Время — есть, но сейчас занят вопросом визы, отъездом (разговор проходил 18 августа). Обещаю, что контент вернется, если «Телеграм» в Америке будет работать. Обязательно буду показывать, что там происходит. Посмотрим, в каком формате это будет.

«Телеграм» дает возможность показывать свою настоящую жизнь, не как в других соцсетях. Те же кружки. Люди это смотрят. Они чувствуют тебя, твое настроение, а ты чувствуешь их поддержку.

— Как ты видишь развитие блога своего? Кто-то тренировки показывает, кто-то — жизнь.

— Посмотрим, как жизнь двигаться будет. Пока получаю опыт, присматриваюсь к тому, как правильно вести блог. У многих, кто ведет свои аккаунты — есть команда людей, которая помогает оформлять посты, писать тексты, фото обрабатывать. Я делаю это один, поэтому пока сложновато. Может быть, когда-то дойду до сотрудничества с кем-то.

— Обычно, когда говорят про спортсменов, активных в медиа, говорят и про влияние тренеров. Им не всегда нравится, что их подопечные отвлекаются. Тебе что-то говорили о твоем будущем тренере Роде Бриндамуре? Как он к этому относится?

— Из моего личного опыта, из разговоров с ребятами могу сказать, что там подобные активности, наоборот, приветствуются, если это не мешает хоккею, если есть возможность выходить за пределы льда, там будут только рады. Внимание к тебе — внимание к клубу в том числе. А для меня это еще и возможность отвлекаться от хоккейных дел, открывать для себя что-то новое, в том числе и знакомства, разумеется.

Не раз слышал, что здесь отметки в социальных сетях, реклама, что-то еще обязательно в клубах согласовывается со специальным отделом.

Автор фото: социальные сети Амира Мифтахова

— Получается, тебя можно отнести к открытым людям в плане общения с прессой? Не всегда хоккеисты придерживаются такой идеи, в том числе и вратари, у которых, как принято говорить, другая психология.

— В этом есть смысл, если мы говорим об особой психологии. Но я никогда не считал себя закрытым человеком — не было проблем договориться об интервью, посетить какое-нибудь клубное мероприятие. Всегда с большим удовольствием принимаю участие в этих делах — это интересно, всегда что-то новое. В этом плане мне очень нравится как построена работа в «Ак Барсе» — активно ведутся соцсети, много проектов для команды: реклама, походы в школы, садики, больницы, постоянное взаимодействие с болельщиками.

Мы слушаем наших фанатов, а они слушают нас. Это очень круто, приятно чувствовать поддержку в таком формате.

«В этом году подготовка к сезону получилась спонтанной»

— В телеграме у тебя был кружок, где ты — сидишь в зале, будто бы сухой, а Дмитрий Яшкин крутит во всю силу педали. По-любому, есть разница в подготовке к новому сезону, в том числе и из-за разницы в старте игрового цикла. У тебя получилось перестроиться на новый режим?

— В этом году подготовка получилась не совсем продуманной, где-то даже спонтанной. Я пытаюсь находить любое время, чтобы потренироваться — но оно постоянно разное. Хотелось бы иметь устойчивый график, но сейчас у меня в подвешенном состоянии находится вопрос с визой (на момент публикации голкипер решил вопрос с визой. — «ВК»).

Получается так, что приходится готовиться в большей степени самому, но вся программа у меня есть — работаю по ней. Сейчас вот занимаемся с Артуром Ахтямовым — повезло. До этого занимались с игроками из КХЛ, кто в Казани живет, но там больше для них тренировка: они могут покататься, побросать, а ты, как вратарь, не можешь оттачивать именно вратарскую технику, работать над своими моментами. Сейчас над собой работаем с Артуром и тренером. Большое ему спасибо, что помогает нам в подготовке.

— То есть можно сказать, что если не вопрос с визой, то перестроиться на новые рельсы — не так сложно?

— Наверное, да. У меня нет точных дат, когда я должен ехать за визой. Я не знаю, когда будут готовы документы. Это все может затянуться сильно, что держит тебя в подвешенном состоянии. Не можешь построить свой график тренировок в том числе — то есть и договориться заниматься в группе ты не можешь, потому что в любой момент можешь дернуться за визой, а там льда — нет, то есть только на земле тренировки идут. Конечно, если бы была виза, мне было бы спокойнее и легче работать.

— В идеале как должен пройти остаток межсезонья. В каких числах что планируется?

— В середине сентября начинается Кэмп. Что с играми, пока не знаю, не смотрел. Готовлюсь к этой дате, но в Роли хотел бы быть уже сейчас, даже раньше. Неделю назад если бы улетел — было бы совсем здорово: есть время на адаптацию, на решение бытовых вопросов. Хорошо, что Андрей Свечников у меня там есть. Мы уже разговаривали с ним — первое время буду жить у него. Но привыкать все равно нужно — к часовому поясу, еде, воде. Все это влияет на адаптацию.

Автор фото: социальные сети Амира Мифтахова

— Вопрос адаптации то есть все равно остался, несмотря на то, что ты стал старше, опытнее, мудрее?

— Конечно, адаптация — это очень важно. Когда я в первый раз приезжал в «Тампу», поехал за месяц до лагеря в «Сиракьюз», фарм-клуб. Мне тогда казалось, что у меня все хорошо, что привык к часовому поясу, но потом организм, так скажем, «научил», отреагировал на изменения. Вот тогда я понял, о чем мне говорили ребята.

Сейчас я уже знаю, через что нужно пройти. Я к этому готов.

«Присутствие в «Каролине» Андрея Свечникова — один из главных факторов, почему я переезжаю именно в «Харрикейнз»

— Говоря о Роли. Видел ли ты этот город, может, по панорамам удалось посмотреть?

— Не смотрел, если честно. Только с Андреем разговаривал еще в его первый год. Уже тогда он все мне рассказал. Плюс сейчас, перед подписанием, обсудили что и как. По его словам, город — спокойный, фанаты — отличные, любящие хоккей. Думаю, что пробьюсь в НХЛ и смогу ощутить их поддержку на себе.

— Говоря об НХЛ. Были разговоры, что Андрей не последнюю роль сыграл в твоем переходе.

— Конечно, он участвовал в этом. Его присутствие в команде — это в целом один из главных факторов, почему я переезжаю именно в «Каролину». Не было такого, что Андрей ходил и разговаривал с кем-то, как некоторые считают. Конечно, он хотел, чтобы я приехал, но дело было совсем по-другому.

После первого года в КХЛ, после моего возвращения, у меня уже лежал контракт на столе. Сначала мне написал Андрей, мол, мне сейчас позвонит агент по поводу «Каролины», которая хочет меня подписать. Он узнал об этом одним из первых. Я удивился, подумал, что шутит. Оказалось, что все серьезно.

Через несколько часов позвонил Дэн Мильштейн, рассказал о «Каролине»: «Контракт у тебя на столе. Говоришь «да» — подписываем и ты летишь в Америку».

Фото: NHL.com

— Это было после финала с ЦСКА?

— Да, тогда мы разговаривали с «Ак Барсом» по поводу контракта. Были на связи с ними постоянно. А тут — этот звонок. Я не могу описать, что я тогда почувствовал... Это не удивление… Давай историю расскажу, ты поймешь. Я серьезно смотрел за драфтом 2018 или 2019 года и просил в экран, чтобы меня задрафтовала «Каролина», где играет мой близкий друг Андрей. Есть у нас такая мечта.

А теперь — такой звонок. Времени долго думать — не было. Пообщался с агентами, с руководством «Ак Барса», с семьей, и принял решение остаться в Казани, потому что я чувствовал, что сейчас развиваться лучше в Казани.

Я подписал контракт на два года и выключился вообще от всех мыслей о Северной Америке, отдавая себя родному клубу. По ходу сезона вылезали новости, в том числе Андрей мне рассказывал, что к нему подходили, спрашивали обо мне: поеду я к ним или нет. Никакого ответа на это у меня не было: идет сезон и идет неплохо.

У меня и зимой, насколько ты знаешь, было предложение от «Ак Барса» перед дедлайном на два года, но я сразу сказал: «Мне нравится предложение, мне нравится играть в «Ак Барсе», но пока я не хочу думать ни о чем, кроме сезона». Договорились пообщаться после сезона.

— А как Андрей принимал участие? Может, с ним кто-то общался из клуба?

— К Андрею подошел то ли генеральный менеджер, то ли хозяин клуба. Спросил про меня: «Это твой друг? Мы хотим его подписать». Спустя два сезона их интерес никуда не ушел. Это стало для меня знаком: нужно подумать над этим решением.

Это было непросто. Возможно, мне стоило поиграть год-два в Казани, но я не мог отказаться от возможности сыграть за «Каролину» вместе с другом. За все эти годы я слышал об организации только самое хорошее от него. Поэтому «Каролину» я поставил себе в приоритет.

Фото: NHL.com

— Уточнить момент хочется. Ты сказал о «главном факторе при выборе «Каролины». Может ли это значить, что были и другие клубы НХЛ?

— Были. Обсуждали это с агентом. Но еще тогда я решил — если поеду в НХЛ, поеду именно в «Харрикейнз». Я почувствовал их интерес видеть меня в организации и он не спадал, а только увеличивался со временем.

— Если не секрет, о каких клубах речь?

— Честно говоря, я даже не узнавал — все было у агента. Как появилось понимание, что «Каролина» ждет меня — я даже больше ни о чем не думал. Если бы не «Харрикейнз», а другой клуб предложил бы мне контракт при имеющемся предложении от «Ак Барса» — я бы думал дольше и в приоритет ставил именно «Ак Барс».

«Не хочу оставлять себе мысль, что я могу вернуться в КХЛ»

— Итого получается: контракт двусторонний у тебя. С кем общались в клубе и какого характера были эти разговоры?

— Я общался только с тренерами по вратарям. С генеральным менеджером и тренером общались на уровне агента.

— О чем общались с тренерами?

— По классике: когда они хотели бы меня видеть, как будет идти рабочий процесс, какая роль.

— И какая роль у тебя будет?

— На сегодняшний день все зависит от меня. Они ждут меня в НХЛ — говорят, у меня будут шансы. Мы больше говорили о том, что сначала нужно приехать, познакомиться лично — а там будет все понятнее.

— Как ты видишь свою предстоящую конкуренцию с Андерсеном и Кочетковым? Пока кажется, что ты — третий выбор.

— Да, пока так. Я всегда хорошо отношусь к конкуренции. Это выход из зоны комфорта в любом случае. Здесь, в Казани, у меня есть все: поддержка, друзья, я провел здесь всю жизнь, быт налажен. Никаких факторов, которые бы снижали мой комфорт.

Конкуренция — это рост, это новый опыт, новый уровень. Буду стараться выигрывать ее, чтобы закрепиться в НХЛ, в «Каролине Харрикейнз». Хочется провести здесь долгое время своей карьеры. Большой плюс, что там есть мой друг. Психологически будет легче. Ему тоже, наверное, где-то будет легче. Мы с самого детства 24 на 7 вместе — только поспать по домам расходились. Вот, кстати, он мне и написал (на телефон Амира Мифтахова пришло уведомление о сообщении от Андрея Свечникова).

С нетерпением жду своего выхода на первую тренировку.

Фото: NHL.com

— Ты ведь и с Петром Кочетковым хорошо знаком. Он звонил тебе, поздравлял как-то?

— Мы хорошо с Петей общаемся. Буквально недавно разговаривали о планах — когда кто полетит в Америку, по визе спрашивал.

— Не подкалывал тебя?

— Нет, все взрослые люди. Все всё понимают.

— Каждое лето игроки из КХЛ едут в Америку и постоянно у наших находится пункт в контракте о возможном возвращении в случае спуска в АХЛ. Что-то такое у тебя имеется?

— Насколько я знаю, ничего такого нет. Страховаться этим я не собирался, даже не обсуждал возможность включения этого пункта с агентом. Не хочу оставлять себе мысль, что я могу в любой момент вернуться в Россию. У меня есть мечта — и я хочу ее исполнить: закрепиться в НХЛ, выиграть Кубок Стэнли. Ехать туда и думать «а если не получится» — не хочу.

«Травма в позапрошлом сезоне зарядила. Я соскучился по хоккею»

— Начало сезона у тебя очень боевое вышло. Что вышло на первый план в этот период?

— Я не любитель заходить и смотреть какую-то статистику. Все внимание — только на лед. Я просто пытался помочь своей команде победить в каждой игре, дать шанс на победу. Наверное, важную роль сыграла концентрация на своей игре, которую я на максимум выкрутил в прошлом сезоне. А так — много факторов сложилось: и возраст хороший, и травма в позапрошлом сезоне зарядила, я соскучился по хоккею — хотел выходить, играть и выигрывать. Где-то даже эмоциональные действия выходили наружу — но все из-за желания побеждать.

— Как с «Торпедо»?

— Нет, это другое совсем. Это больше касается лично меня. Я знаю об этих моментах, стараюсь исправлять их. Еще раз — я просто горел игрой, пытался делать все возможное и невозможное, чтобы помочь любой ценой.

— Что случилось потом?

— Затем снизилось игровое время, из-за чего стало немного дискомфортно. Когда ты в игровом тонусе — у тебя и уверенности больше, и мыслей лишних нет. Конечно, это все опыт, нужно быть готовым ко всему.

— Про нехватку времени ты говорил и в течение старта регулярки. Два-три матча — это нормальный размер практики для поддержания того самого тонуса?

— Все зависит от физического состояния. Сейчас клубы приходят к тому, что нужно иметь сильную бригаду вратарей. Никто не знает, что может случиться, а спорт сейчас становится травматичнее, быстрее.

Вообще… Еще со школы я играл всегда. Все матчи сезона. Понятно, что с точки зрения нагрузок «тогда» и «сейчас» — разные категории, но я больше говорю о психологии. И если говорить о ней — мне комфортнее играть всегда.

Конечно, когда у тебя в команде два вратаря высокого уровня — это плюс для организации, даже нам хорошо: мы всегда имеем возможность передохнуть, при этом часто появляясь на площадке. Все же, когда ты играешь слишком долго — накапливается всякое. Нет времени на тренировку, на улучшение навыков в тренировочном процессе. Но я люблю играть всегда. Даже если игра не пошла, проиграли, я всегда это забываю. Не люблю даже особенно сильно разбирать свои ошибки, потому что я знаю, что выйду на следующую игру и выиграю.

А вот когда игру проигрываешь и тебя сажают — начинаешь копаться в себе.

Фото: ХК «Ак Барс»

— С чем связан был твой спад во второй половине сезона? Сложилось ощущение, что поворотной стала игра с «Торпедо».

— Не скажу, что был спад. Я весь сезон чувствовал себя прекрасно, не выпадал из ритма. Мне кажется, что игра с «Торпедо» не была какой-то поворотной. Она ничего во мне не изменила.

Я несколько раз смотрел игру, в том числе и с тренерами, разбирался. Такое бывает: залетает и ничего не сделаешь — хоть от шнурка, хоть от лезвия, хоть от трусов. Там и с лета забили, и из-за ошибки. Порой с метра в пустые не попадают — у всех бывает «не их день». Такое тоже нужно пройти.

— При этом нельзя отрицать факт, что во второй половине регулярки расстановка сил в вашем дуэте поменялась.

— Конечно, я не могу быть доволен своим сезоном. Всегда после чемпионата сажусь и анализирую: где я был лучше, где хуже, где чуть упал.

То, что игровое время снизилось — это влияет. Я бы не сказал, что что-то изменилось во мне, что где-то появилась какая-то неуверенность. Я как играл — так и играл. Просто времени игрового стало меньше.

«Пропустив вторую шайбу с «Динамо», почувствовал, что больше мне не забьют»

— Расскажи, о своих ощущениях, когда тебя выпустили на шестой матч с «Динамо» — ты и тогда не играл уже давно.

— Я к каждой игре готовлюсь — так и тогда. Перед матчем после тренировки меня вызвали, показали видео, потом сказали: «Ты играешь завтра». Спокойно к этому отнесся, без переживаний — я свежий, полно сил. На меня такие игры вообще не давят: люблю важные матчи. Но сложилось как сложилось. Конечно, отговорок быть не может, но где-то сказалось отсутствие практики, где-то эмоционально мы были подсевшие: те три матча, что мы проиграли — мы их почти вытаскивали. А каждая игра — затраты большого количества сил и энергии.

Все отдавались на 300 процентов.

— Вообще, показалось, что тот матч из разряда игры против «Торпедо»: «Все залетело».

— Так звезды сошлись. Сейчас в целом много голов забивается. Для людей делается, чтобы шоу было, а не как в футболе, где 0:0 играют. Мы тоже столько могли закинуть, но в том матче все сложилось не в нашу пользу.

— Что в голове было после того, как посадили на скамейку?

— После пожара уже не имеет смысл что-либо говорить, но после второй шайбы я внутри себя почувствовал, что мне больше не забьют. Были уже матчи в сезоне, которые мы вытаскивали. В тот момент уже лучше чувствуешь игру, лучше, чем когда ты только-только вышел после долгой паузы.

Когда я сел на лавку — расстроился. Не смог дать шанс команде, не выручил. Я должен был это сделать, но так случилось. Ничего больше не остается, кроме как правильно к этому отнестись.

Ко мне после первого периода, да и после второго — подходила вся раздевалка. На мне лица не было, хоть я и пытался этого не показывать, но этого не скроешь. Все видели меня и понимали мое состояние. Спасибо ребятам, что тогда подходили, поддерживали.

Фото: ХК «Ак Барс»

— В целом можно назвать этот сезон поворотным для тебя. Наверняка можешь сказать, в чем ты поменялся как человек?

— На первый план вышла психология, дисциплина. По ходу всего сезона у меня получалось правильно подходить ко многим вещам при подготовке к матчам: не было лишних мыслей, даже если не играешь какое-то время. Дали сыграть столько — значит ты должен быть готов играть это время, доказывать. Все упирается в это. Другого варианта нет. Тупо работать. Больше нечего добавить.

Да, многие говорят, что первая половина — лучшая часть сезона для меня, но в плане психологии для меня весь сезон прошел ровно.

«Как будем играть с Яшкиным в NHL? По сети в выходные дни»

— В этом сезоне много заговорили о вашей дружбе с Дмитрием Яшкиным. Много мемов было посвящено ей, сам Дмитрий постоянно выкладывал посты в телеграм-канал. Как вы сдружились?

— (Амиру Мифтахову звонит Дмитрий Яшкин) Заговорили о Диме Яшкине — вот и он. Только заговорили… Как они чувствуют!

Не знаю, откуда пошло. Все как у всех: общие темы, общие истории — все так сложилось, совпало, что коннект мы нашли быстро.

— Ты говоришь про общие темы. Но, по первому взгляду, вы абсолютно разные. Самое банальное — он нападающий, ты — вратарь.

— Сколько мы играем вместе — всегда помогали друг другу, находили темы и сходились во мнениях. Даже разногласий не было никаких. Вообще мы изначально познакомились случайно: он только подписал контракт с «Ак Барсом», я встретил его в аэропорту в Турции, пожали руки. Я рад, что у меня есть такой друг.

— В каком-то интервью он рассказывал, что отговаривал тебя от «Каролины», если не ошибаюсь. Действительно так было?

— Не сказал бы, что он меня отговаривал или гнал туда. Мы просто много об этом общались. Каждый день обсуждали, наверное, это вплоть до подписания контракта с «Каролиной», где бы мы ни были. И потом мусолили эту тему.

Когда объявили официально — чуть успокоились, но и сейчас постоянно разговариваем: он мне дает советы, в бытовом плане в том числе. Но он меня не отговаривал: обсуждали, какие моменты могут быть там, какие могут быть здесь.

Он задавал мне правильные вопросы.

Автор фото: социальные сети Дмитрия Яшкина

— Как теперь будете играть в NHL?

— Будем играть по сети, если будет возможно.

— Тогда режим придется нарушать?

— А что, выходные есть — будем на связи постоянно. Будем друг за другом следить.

Буду смотреть за «Ак Барсом» — это мой родной клуб. Я с детства здесь — сначала на трибуне, потом — на льду. Благодарен клубу за воспитание, что дал мне возможность подписать контракт с клубом НХЛ, и что меня они в этом поддержали.

Это говорит о многом — в клубе правильно идет все в плане развития воспитанников своих. Для меня была огромная честь быть игроком «Ак Барса». Теперь попробуем пробиться в НХЛ.